Если жулики из ДАКС 100 Вас кинули, то сообщите об этом нам

Экономика Китая: иллюзии и угрозы

китай
китай

Острая фаза мирового кризиса осталась в прошлом году. Показательно, что на фоне довольно плачевного финансово-экономического положения ведущих индустриальных держав, явно в лучшую сторону выделяется КНР.

Если верить экономической статистике, то по итогам 2009 года китайская экономика покажет изрядную /на 8-9%/ прибавку, в то время, как весь остальная мировая экономика /возможно, за исключением еще и Индии/ окажется в уверенном минусе. Основной идеей написания этого обзора является наша попытка ответить на два ключевых вопроса:

причины высоких темпов роста экономики Китая,

устойчивость китайского экономического чуда.

Рост или его иллюзия?

Прежде всего, попытаемся понять, сколь адекватны публичные китайские экономические показатели. И эта задача сразу ставит нас в тупик, потому что полностью достоверной информации о национальных показателях экономического развития практически нет. Конечно, можно брать за основу официальные данные статистики КНР, но при этом сразу бросается в глаза масса реальных несоответствий. Классическим примером является статистика потребления электроэнергии в КНР: все предыдущие годы она отлично коррелировала с динамикой выпуска продукции, однако в 2009 году почему-то всё резко изменилось. За 11 месяцев 2009 года потребление электричества китайской промышленностью выросло на 2.6% против того же периода прошлого года, при этом производство в указанный период увеличилось на 10.3%, т.е. выросло вчетверо. Далее. Добрая половина прироста энергопотребления пришлась на один лишь ноябрь, показавший годовое увеличение сразу на 27.6%! Можно предположить, что такой прирост потребления получен из-за обвала китайской экономики в ноябре 2008 года, то есть из-за эффекта низкой базы, но не такую же величину. Китайские официальные лица настаивает, что всему виной резкое улучшение энергоэффективности самых прожорливых в этом плане производственных отраслей, но непонятно, как такое изменение возможно столь скачкообразно, ведь экономичность может расти только постепенно, а не разово. Всё это выглядит несколько странно. Как справедливо указывают критики, подобный расклад скорее свидетельствует о том, что, столкнувшись с недоверием к своей статистике, китайские власти решили под конец года нарисовать могучий взлёт энергопотребления, дабы вытянуть итоговый показатель за год и тем самым уменьшить разницу его с официальной динамикой промышленного производства: иначе говоря, всё это лишь усиливает подозрения в статистических подтасовках.

Приведённый пример есть лишь частный случай подозрительных показателей. И таких примеров очень много, поэтому некоторые китайские статданные зачастую игнорируют даже самые активные почитатели китайского экономического чуда. Они столь несообразны и так вопиюще противоречат всем косвенным оценкам /например, официальный уровень безработицы вообще не отобразил кризиса/, что многое из них можно пропустить как бессодержательное. Данным по ВВП можно доверять очень осторожно. Чего стоит лишь первое полугодие нынешнего года, когда валовой региональный продукт провинций КНР разошёлся с совокупным продуктом страны в целом /по официальным данным/ сразу на 10%. К тому же китайцы уже дважды за последние 11 лет меняли методологию расчёта ВВП. А ведь это является весьма дурным тоном у экспертов. Достаточно сказать, что японцы, баловавшиеся пересмотром своих данных по ВВП умудрились с помощью "изменения методологии" радикально преобразить картину поведения своей экономики в 1990/2000-е годы, когда от прежних четырёх рецессий осталось всего две, да и у тех продолжительность и глубина спада уполовинилась. Самый свежий пример: в конце декабря этого года были пересмотрены в сторону повышения данные о китайском ВВП за 2008 год. Оценка роста национальной экономики в прошлом году была увеличена с 9% до 9,6%. Это значит, что КНР становится все ближе к Японии по размерам ВВП.

Немаловажно также то, что желание центральных властей КНР приукрасить экономическую картину – далеко не единственный источник статистических искажений; важный вклад в описанный процесс вносят чиновники на местах, стремящиеся отличиться в глазах Пекина. Поэтому регулярно появляющиеся "поправки" в местных статистических органах затем суммируются в Пекине, порождая ошибочные данные по стране в целом. Показательно, что погрешности статистики – это уже система. Каждый год лишь официально признаваемых властями КНР статистических манипуляций регистрируется по несколько десятков тысяч!

…или рост иллюзий

Весьма своеобразны в Китае показатели промышленного производства, совсем оторвавшиеся от реального спроса. Когда прошлой зимой цены на сырьё рухнули, после первого шока китайцы решили, что это нужно расценивать как прекрасную возможность основательно закупиться по дешёвке. Сдобренная могучими кредитами, промышленность КНР стала активно перерабатывать сырьё, в основном работая на склад, поскольку мировой спрос на промышленную продукцию в первой половине года сильно упал. Китайские закупки сырья с лагом в несколько месяцев оживили экономики сырьевых стран /Австралии, Новой Зеландии, Канады, Бразилии, Норвегии, отчасти России/ – а затем настала очередь промышленных держав /США, Германии, Японии и других/, поскольку китайским предприятиям понадобилось производственное оборудование, а стимулирование продаж автомобилей помогло и зарубежных автоконцернам. Однако часть этого спроса была вызвана государственной денежной накачкой. К концу года у китайских банков уже накопилось очень много "плохих кредитов", а надувшиеся в разных сферах пузыри могут лопнуть, похоронив под собой немало экономических агентов. Поэтому неудивительно, что, спрос из КНР на промышленные товары развитых стран начал падать. Промышленные заказы компаний США, Германии и Японии зимой почти перестали расти, оставшись на весьма низких уровнях.

Таким образом, своей статистикой и мерами господдержки Поднебесная по сути обманывает и себя, и весь мир, создавая иллюзии мощного экономического роста. – расплата за них должна случиться в 2010 году. Официальные данные статистики КНР, говорят, что по итогам первых 9 месяцев 2009 года из 7.7% годового роста ВВП целых 7.3% /т.е. почти 95%/ приходится на стимулированные государством инвестиции, в то время как частный внутренний спрос /потребление домохозяйств/, даже с учётом всех мер поддержки от властей, всего лишь компенсировал проседание спроса внешнего /профицита внешнеторгового баланса/. Такой рост экономики не может быть устойчивым и долгосрочным – по сути дела, вся китайская антикризисная политика сводится к желанию "пересидеть" сложные времена в ожидании возвращения времён благополучных.

Наконец, в КНР есть ещё и мощный социально-политический аспект. Дело в том, что китайские реформы, поразившие весь мир своими результатами, были построены очень своеобразно. До середины 90-х годов прошлого века подавляющее большинство населения в стране составляли крестьяне, не имевшие никакого образования и квалификации, кроме примитивных знаний и опыта предков в сфере сельского хозяйства. Государственные власти КНР решили, что лучшим способом реформирования страны будет постепенное перемещение крестьян в города, параллельно с развитием промышленности в последних. При этом ситуация в деревне по существу консервируется – осторожное улучшение существенно не меняет дела, поскольку главной задачей остаётся сохранение социальной стабильности. В итоге уровень жизни в городах /особенно крупных, с развитой промышленностью/ взлетел намного выше сельского, причём разрыв рос постоянно и быстро. В таких условиях, спокойствие в деревне обеспечивает надежда на улучшение в обозримом будущем. Таким образом, руководству КНР критически важно поддерживать непрерывность процесса перетока крестьян в города – для чего необходимо обеспечить безостановочную экспансию городской промышленности; аналитики сходятся на том, что в терминах макроэкономических показателей этот процесс обеспечивает постоянный рост ВВП как минимум на 8% в год – именно отсюда эти 8% везде в официальной китайской статистике. Получается, что снижение темпов экономического роста /и тем более, спад производства/ критичен не только для экономики как таковой, но и для состояния общества в целом. Для всего мира это также очень важно, ведь социальная дестабилизация гигантской /с населением в 1.3-1.5 млрд. человек/ ядерной страны может вызвать ужас у любой мировой державы. Собственно, отсюда мы имеем и странное на первый взгляд обстоятельство: мировые лидеры, хотя и ворчат, всё же смотрят сквозь пальцы на явно несправедливую во многих отношениях валютную политику Пекина. Ведь курс юаня к доллару США по состоянию на конец 2009 года занижен по сравнению со своим паритетом покупательной силы в 3-4 раза, а к евро – в 4-5 раз. Это вызывает большое неудовольствие у западной общественности, хотя и позволяет избежать экономического хаоса в Китае. Показательно, что ведущая мировая элита убедила Всемирный Банк /ВБ/ пересмотреть методику расчёта паритета покупательной способности. ВБ удвоил свою оценку паритета, тем самым сократив заниженность курса юаня к доллару с запредельных четырёх до сравнительно скромных двух крат.

Запад нам поможет

Рассматривая перспективы экономического роста Китая, стоит также остановиться еще на одном очень важном моменте. Традиционной дверью для выхода крупнейших мировых экономик из кризиса в конце прошлого столетия были два фактора:

снижение цен на базовые сырьевые продукты: нефть, металлы, газ.

рост экспорта высокотехнологичной продукции в развивающиеся страны.

В связи с тем, что Китай за последние 8-10 лет для глобальной экономики стал "фабрикой ширпотреба", мы не увидели продолжительного эффекта от снижения цен на сырьевые товары. Вместо того, чтобы крупнейшим державам восстанавливать свои экономики при стоимости нефти в $40/барр, меди в $4500/т, никеля в $12000/т., цены на ключевые позиции в сырье выросли в разы по сравнению с минимальными отметками этого года. Спрос на те виды ресурсов, которые Китай не в состоянии производить и добывать сам, перманентно растет. Почему? Во-первых, низкая себестоимость производства всего и вся, возведенная в ранг государственной политики и менталитета жителей, позволила Китаю сконцентрировать на своей территории почти все мировые производственные предприятия. Во-вторых, благодаря желанию китайцев производить дешево на своих фабриках все /от носков до космических кораблей/, мир получил груды товаров весьма сомнительного качества, которые проще выкинуть и купить новые, чем отремонтировать старые. Это значит, что китайские фабрики и заводы продолжат потреблять в высоких объемах то сырье, которое добывает Австралия, Саудовская Аравия, Бразилия, Россия. То есть эффекта низкой себестоимости ресурсов, благодаря кризису, мир так и не почувствовал.

В начале этого десятилетия было принято считать, что Китай может выпускать у себя лишь очень некачественные товары, плохо копируя продукцию ведущих мировых производителей. Однако Поднебесная Империя не стоит на месте, и сейчас одновременно с импортом высококлассного оборудования из Японии, Германии и США идет активный импорт "мозгов". Из миллиона китайских студентов и исследователей, уехавших за границу с 1978 г., около 200 тысяч уже вернулись работать в Китай, и доля возвращающихся растет. Приведем еще немного статистики: в 2008 году 2236 китайских университетов и колледжей окончило 5,59 млн. студентов, то в 2009 году их число возросло до 6,1 млн. При этом в Китае высшее образование получают только 15-20% лучших из молодежи. Не желая мириться с ролью глобальной "пошивочной фабрики", Китай упорно стремится к тотальному мировому лидерству в большинстве новейших технологических направлений. Показательно, что для этого у Китая есть колоссальные денежные ресурсы. По данным ОЭСР, затраты Китая на исследования в период 1994–2006 гг. выросли более чем в шесть раз - с 21 до 136 млрд долларов. По этому показателю Китай вышел на второе место в мире, обогнав Японию /129 млрд долларов/ и уступая лишь США /330 млрд долларов/. Доля затрат на НИОКР от ВВП страны выросла с 0,6% /1995/ до 1,3% /2006/. В этой связи, заместитель Министра торговли КНР Чжун Шань заявил недавно, что Китай может обогнать Германию, став мировым лидером по объемам экспорта в 2009 году. Согласно данным Всемирной Торговой Организации, по итогам января-июня 2009 года объем китайского экспорта составил $521,7 млрд, германского - $521,6 млрд.

Все вышеприведенные выкладки позволяют говорить об интересных тенденциях. Благодаря грамотной государственной политике, Китай в ближайшие годы сохранит высокие темпы импорта сырьевых ресурсов, постепенно сокращая долю импорта оборудования и технологий из ведущих индустриальных держав. В конечном итоге это может привести к тому, что высокие цены на сырье в западных экономиках будут обуславливать не инфляционные, а дефляционные тенденции. Компенсацией увеличения цен на сырьевые товары, станет сокращение уровня занятости и стагнации заработных плат в европейских и американских компаниях, с целью удержать конкурентоспособность производимой ими продукции и сохранить приемлемый уровень рентабельности. Западный мир расплачивается как за свою былую жадность, так и за рост экономик других стран мира. Кстати, толстый денежный мешок, который поддерживает экономики стран Запада и который сейчас приносит большие прибыли их крупнейшим банкам, в долгосрочной перспективе обречен либо лопнуть, либо стать тоньше, как в силу сокращения госдолга, так и из-за снижения цен на активы, в результате продолжающегося делевериджа компаний и домашних хозяйств.

Выводы и прогнозы:

Экономика Китая заметно растёт, но реальный темп этого роста ниже официальных показателей. Статистика искусственно раздувается как центральными властями страны, так и местными чиновниками, хотя фальсификации и корректировки "задним числом" сейчас стали уже традицией по всему миру.

Китайский экономический рост в этом году, в большей части обусловлен гигантскими государственными программами стимулирования экономического роста. Однако реальный потенциал наращивания внутреннего спроса ограничен "анизотропией" реформ в стране, где большое число деревенских жителей слишком бедно, чтобы в нём можно было быстро получить какой-либо прорыв в совокупном спросе.

Общемировые государственные программы стимулирования экономик и поддержки спроса могут какое-то время поддержать экономический рост в Китае, в надежде на то, что механизм глобальной кредитной экспансии и инвестиционного спроса вновь заработает. Однако, продолжающегося сокращение кредитования компаний и домашних хозяйств, видимо, оставит частный спрос на товары и услуги в развитых странах на низких уровнях ещё довольно долго.

Устойчивое приближение Китая к мировым лидерам по объемам экспорта своей продукции в условиях мягкой денежной и валютной политики, дает шансы КНР продолжить расширение рынков сбыта своей продукции и отвоевывать у Запада традиционные ниши экспорта.

На протяжении последних 5-7 лет Китай колоссально сократил свое технологическое и научно-исследовательское отставание с Западом, увеличил импорт "мозгов". Все больше технических новик появляется именно в Китае. Это означает, что посткризисное восстановление ведущих индустриальных держав за счет экспорта своих новейших технологий может просто затянуться.

Новое технологическое превосходство Запада над Китаем возможно лишь в среднесрочной перспективе, например за счет новых энергетических технологий в автомобилестроении. На наш взгляд, в ближайшие два-три года мировая экономика пойдет по пути слабого экономического подъема, на фоне создания искусственного спроса путем денежных спекуляций.

китай
китай

игуру
игуру

iguru.ru